Иоанновский ставропигиальный
женский монастырь
официальный сайт г. Санкт-Петербург

Ведущие духовную жизнь видят сердечными очами, как кознодействует диавол, как руководят Ангелы, как Господь державно попускает искушения и как утешает.

Св. прав. Иоанн Кронштадтский "Моя жизнь во Христе"

ЖИТИЕ СВЯТОГО ПРАВЕДНОГО ИОАННА КРОНШТАДТСКОГО


Святой праведный Иоанн Кронштадтский и всея России чудотворец родился в селе Сура Пинежского уезда Архангельской губернии в семье бедного сельского причетника (дьячка) Илии Михайловича Сергиева и его жены Феодоры 19 октября 1829 года, в день памяти великого болгарского святого препо­добного Иоанна Рыльского, в честь которо­го и был наречен. Дед отца Иоанна был свя­щенником, так же как и большинство предков по отцовской линии на протяжении, по край­ней мере, 350 лет.

Дом, где прошли детские годы о. Иоанна

Родители отца Иоан­на были людьми про­стыми и глубоко верую­щими. С самого раннего детства они приучили сына к молитве и цер­ковному благочестию. За советами к матери, прожившей долгую жизнь, отец Иоанн обращался и тогда, когда стал знаменитым пастырем.

Отрок Иоанн не раз удостаивался чудесных явле­ний. Однажды ночью он увидел в комнате необыч­ный свет, и среди света — Ангела в небесной славе, который назвался его Ангелом Хранителем.

Ваня молится по дороге в школу. Рисунок С. Животовского

С шестилетнего возраста Иоанн начал учиться грамоте, а в десять лет был отвезен отцом в Архан­гельское приходское училище. Однако учение, не­смотря на усердные занятия, первое время никак не давалось мальчику. «Ночью, — вспоминал впослед­ствии Батюшка, — я любил вставать на молитву. Все спят, тихо. Не страшно молиться, и молился я чаще всего о том, чтобы Бог дал мне свет разума на утеше­ние родителям. И вот, как сейчас помню, однажды, был уже ве­чер, все улеглись спать. Не спалось только мне, я по-прежнему ничего не мог уразуметь из пройденного, по-прежнему плохо читал, не понимал и не запоми­нал ничего из рассказанного. Такая тоска на меня напала, я упал на колени и принялся горя­чо молиться. Не знаю, долго ли пробыл я в та­ком положении, но вдруг что-то точно потряс­ло меня всего. У меня точно за­веса спала с глаз, как будто рас­крылся ум в го­лове, и мне ясно представил­ся учитель того дня, его урок; я вспомнил даже, о чем и что он говорил, и легко, радостно так ста­ло на душе. Никогда не спал я так покойно, как в ту ночь. Тут засветало, я вскочил с постели, схватил книги, и — о счастье! — читать стало гораздо легче, понимаю все, а то, что прочитал, не только все пом­нил, но хоть сейчас и рассказать могу… В короткое время я продвинулся настолько, что перестал уже быть последним учеником. Чем дальше, тем лучше успевал я в науках, и к концу курса одним из первых был переведен в Семинарию».

В 1851 году, с отличием окончив семинарский курс, Иоанн Сергиев был направлен в Петербург­скую Духовную Академию на казенный счет. В том же году скончался его отец. Обучаясь в Академии, Иоанн исполнял должность письмоводителя и свое небольшое жалование отсылал осиротевшим матери и сестрам.

Столичный город и Академия не изменили Иоан­на: он оставался так же религиозен, сосредоточен на внутренней жизни. С детства кроткий и тихий, он проводил все свободное время за чтением книг, сто­ронясь всяких развлечений.

Заканчивая курс Академии, отец Иоанн намере­вался принять монашество и ехать миссионером в Китай, Северную Сибирь или в Америку. Но он ви­дел, что и в столице и ее окрестностях очень мно­го работы истинному пастырю стада Христова. Он молился, чтобы Господь разрешил его сомнения, и увидел себя во сне священником, служившим в каком-то неизвестном соборе. Приняв этот сон за откровение от Бога и указание пути, он отказался от преподавательской деятельности в стенах Академии, которую окончил в 1855 году со степенью кандидата богословия.

Вскоре Иоанну Сергиеву предложили должность священника Андреевского собора в Кронштадте. Когда Иоанн впервые вошел в Андреевский собор, то был поражен тем, что именно этот храм с не­обыкновенной ясностью он видел во сне. Тогда он понял, что Сам Бог назначил ему священствовать в этой церкви. Иоанн вступил в брак с дочерью прото­иерея К.П. Несвицкого из Кронштадта, Елизаветой Константиновной, и 12 декабря 1855 года еписко­пом Ревельским Христофором был рукоположен в священники. Здесь, в Кронштадте, в течение 53 лет и протекала вся последующая жизнь отца Иоанна.

Андреевский собор в Кронштадте. 1890-е гг.

За первой Литургией молодой священник об­ратился к своей па­стве с такими словами: «Сознаю высоту моего сана и соединенных с ним обязанностей, чув­ствую свою немощь и недостоинство, но упо­ваю на благодать и милость   Божию…   Знаю, что может сделать меня более   или   менее   до­стойным   этого   сана… Это — любовь ко Христу и к вам, возлюбленные братия и сестры мои…» Отец    Иоанн    считал, что   если   Церковь   — «наилучшая,     нежней­шая духовная мать на­ша»,  то  «священник должен  быть носителем и выразителем духа материнской любви ее к мирянам». При первом же знакомстве со своей паствой он увидел, что здесь перед ним открывается не меньшее поле для плодотворной пастырской де­ятельности, чем в далеких язы­ческих странах. Кронштадт в то время был ме­стом высылки из столицы убийц, воров и про­чих уголовных преступников. Кроме того, там было много чер­норабочих, рабо­тавших главным образом в порту. Все они ютились, в   основном,   в жалких лачугах и землянках, попрошайничали, пьян­ствовали. «Темнота, грязь, грех, — писал современ­ник, — здесь даже семилетний становился разврат­ником и грабителем». Среди таких людей и начал дивный подвиг самоотверженного пастырского де­лания отец Иоанн. «Нельзя смешивать человека — этот образ Божий — со злом, которое в нем, — учил он, — потому что Божий образ в нем все-таки со­храняется». Эта среда, которая для обыкновенного работника стала бы бесплодной каменистой пусты­ней, для отца Иоанна оказалась плодоноснейшим виноградником. Он приходил в землянки и подва­лы не на 5—10 минут, чтобы исполнить какую-либо требу и уйти; он шел к живой бесценной душе, к братьям и сестрам, он оставался там часами, бесе­довал, увещевал, утешал, плакал и радовался вместе с ними.

С первых же шагов он заботился и о материаль­ных нуждах бедноты: сам отправлялся в лавочку за провизией, в аптеку за лекарством, за доктором. Уходил он из этих жилищ всегда радостный, уми­ленный, с твердой верой в милосердие Божие и на­деждой, что Господь пошлет средства для дальней­ших благодеяний. Кронштадтские жители видели, как он возвращается иногда домой босой и без рясы. Не раз прихожане приносили матушке обувь, говоря ей: «Твой отдал свою кому-то, придет босым».

Раздавая все до последней копейки, он обрекал на крайнюю нужду и себя, и жену. По согласию с супру­гой он всю жизнь оставался девственником, живя с ней как с сестрой. «Я священник, я принадлежу дру­гим, а не себе. Счастливых семей и без нас, Лиза, достаточно, а мы должны посвятить себя на служе­ние Богу», — сказал он ей после свадьбы. С помо­щью Божией матушка Елизавета разделила с отцом Иоанном этот нелегкий и редкий подвиг девства на всю жизнь. Отец Иоанн нежно любил свою супругу, и она всем, чем могла, помогала ему нести крест па­стырского служения, делила с ним радости и горе.

Елизавета Константиновна Сергиева

Тяжесть этого креста отец Иоанн познал с пер­вых дней своего служения. «Рукоположенный во священника и пастыря, — писал он, — я вскоре на опыте познал, с кем вступаю в борьбу на моем ду­ховном поприще, именно: с сильным, хитрым, не­дремлющим и дышащим злобой, и погибелью, и адским огнем геенны князем мира сего, и с духами злобы поднебесными (ср.: Еф. 6, 12). Начались иску­шения, обнаружились пакости вражии, немощные уязвления, преткновения. Враги, как разбойники, стали преследовать меня в духовном шествии моем и служении Богу моему… В этой невидимой жестокой борьбе я учился искренней вере, упованию, терпе­нию, молитве, правоте духа, чистоте сердца, непре­станному призыванию имени Незримого, держав­ного Победителя ада и Пастыреначальника Иисуса Христа, и Его именем и силой побеждал врагов и свои душетленные страсти… Эта борьба с сильным и хитрым невидимым врагом воочию показала мне, как много во мне немощей, слабости и греховных страстей… Как псалмопевец царь-пророк Давид, я постоянно возводил сердечные очи горе на небо, откуда приходила явная скорая, державная помощь (см.: Пс. 120, 1), и враги мои сильные обращались в бегство, а я получал свободу и мир душевный».

В 1857 году отцу Иоанну представилась возмож­ность быть законоучителем в Кронштадтском город­ском училище. Для ревностного пастыря трудиться на ниве моло­дых сердец и се­ять в них семе­на слова Божия было огромной радостью. В 1862 году он с готов­ностью принял предложение преподавать Закон Божий и в открывшейся классической гимназии. Обра­щаясь впослед­ствии к учителю, наставляюще­му юные души в истинах веры и благочестия, отец Иоанн го­ворил, исходя из личного опыта: «Ты преподаешь детям Закон Божий!.. Больше всего берегись делать из Евангелия учебную книгу: это грех. Это значит в ребенке обесценивать для человека книгу, которая должна быть для него сокровищем и руководством целой жизни». «При образовании чрезвычайно вред­но развивать только рассудок и ум, оставляя без внимания сердце; на сердце больше всего нужно обращать внимание: сердце — жизнь, но жизнь, ис­порченная грехом; нужно очистить этот источник жизни, нужно зажечь в ней чистый пламень жизни так, чтобы он горел и не угасал и давал направление всем мыслям, желаниям и стремлениям человека, всей его жизни. Общество растленно именно от недостатка христианского воспитания».

На уроках у отца Иоанна не было «неспособных». Его беседы усваивались навсегда как сильными, так и слабыми учениками. Внимание отца Иоанна направлялось на то, чтобы наполнить детские души теми святыми образами, какими была полна его душа.

Отец Иоанн Кронштадтский

Раздавая бедным все свои средства, отец Иоанн скоро убедился, что такая благотворительность не­достаточна, чтобы удовлетворить всех нуждаю­щихся. Поэтому в 1874 году он основал при Андре­евской церкви православное христианское братство «Попечительство святого апостола Андрея Первозванного». В 1872 году в «Кронштадтском вест­нике» были напечатаны два воззвания к жителям Кронштадта, в которых отец Иоанн просил помочь бесприютным беднякам: «Подкрепим их нравственно и материально; не откажемся от солидарности с ними как с людьми и нашими братьями и докажем, что человеколюбие еще живо в нас и эгоизм еще нас не по­губил. Как было бы хорошо, если бы ради всех этих причин мы создали Дом трудолюбия. Тогда многие из бедных могли бы обращаться в этот дом с просьбой дать им определенную работу за вознаграждение, ко­торое давало бы им средства для пропитания».

Эти воззвания нашли в сердцах людей деятель­ный отклик. В 1882 году открылся Дом трудолю­бия в 4 этажа, прекрасно оборудованный, с домовой церковью во имя святого Александра Невского. Здесь были устроены рабочие мастерские, в кото­рых работали в течение года до 25 тысяч человек, женские мастерские, вечерние курсы ручного тру­да, школа на 300 детей, детский сад, сиротский при­ют, народная столовая с небольшой платой, библи­отека, бесплатная лечебница, воскресная школа и многое другое. В 1888 году заботами и трудами отца Иоанна был построен ночлежный дом, в 1891 году — странноприимный дом. Помощь оказывалась всем нуждающимся, независимо от их социальной и ре­лигиозной принадлежности.

Дом трудолюбия. После 1890 г.

Зная о благотворительной деятельности отца Иоанна, многие жертвовали ему очень крупные сум­мы, в том числе почтовыми переводами. В один день на его адрес приходило более тысячи писем и денеж­ных переводов. Эти суммы отсылались по адресам нуждающимся. Благотворительная деятельность отца Иоанна исчислялась миллионами рублей. Он говорил: «У меня своих денег нет. Мне жертвуют, и я жертвую. Я даже часто не знаю, кто и откуда прислал мне то или другое пожертвование. Потому и я жертвую туда, где есть нужда и где эти деньги могут принести пользу». Говорили, что «каждый день отец Иоанн ложился без копейки в кармане, несмотря на то, что на другой день только для поддержания бла­готворительных учреждений ему нужно было более одной тысячи рублей. И не было случая, чтобы этот другой день обманывал его».

Средоточием христианской жизни отец Иоанн считал молитву. Он, по завету Спасителя, воспри­нимал храм Господень прежде всего как дом мо­литвы и призывал людей молиться искренно, сер­дечно, глубоко, с верой в чудодейственную силу молитвы: «Всегда твердо верь и помни, что каждая мысль твоя и каждое слово твое могут несомненно быть делом».

Отец Иоанн стремился как можно чаще совершать Божественную литургию в Андреевском соборе, где был штатным священником. В последние 35 лет сво­ей жизни он служил ежедневно, кроме тех дней, ког­да утро заставало его в пути или когда тяжело болел. Объяснял он это так: «Если бы мир не имел Пречис­того Тела и Крови Господа, он не имел бы главно­го блага, блага истинной жизни — живота не имате в себе (Ин. 6, 53), имел бы лишь призрак жизни». Отец Иоанн при­зывал тех, кто редко приступает к приобщению Святых Христовых Таин, делать это как можно чаще «со страхом за свое недостоинство, но с верой в благодать, с сердечным алканием и жаждой любви к Сладчайшему Иисусу, Которого Плоть и Кровь есть истинный хлеб». 

Своей святой жизнью, смирением и непрестанной молитвой отец Иоанн снискал дар исцеления и прозорливости. По его молитве совершалось множество дивных чудес. Сам Батюшка так рассказывал своим сопастырям-священникам о первом чуде: «Просили моей молитвенной помощи. У меня и тогда уже была такая привычка: никому в просьбе не отказывать. Я стал молиться, предавая болящего в руки Божии, прося у Господа исполнения над болящим Его свя­той воли. Но неожиданно приходит ко мне одна старушка, которую я давно знал. Она была богобо­язненная, глубоко верующая женщина, проведшая свою жизнь по-христиански и в страхе Божием кон­чившая свое земное странствование. Приходит она ко мне и настойчиво требует от меня, чтобы я мо­лился о болящем не иначе, как о его выздоровлении. Помню, тогда я почти испугался: как я могу — думал я, — иметь такое дерзновение? Однако эта старуш­ка твердо верила в силу моей молитвы и стояла на своем. Тогда я исповедал пред Господом свое ничто­жество и свою греховность, увидел волю Божию во всем этом деле и стал просить для болящего исцеле­ния. И Господь послал ему милость Свою — он выздоровел. Я же благодарил Господа за эту милость. В другой раз по моей молитве исцеление повторилось. Я тогда в этих двух случаях прямо уже усмотрел волю Божию, новое себе послушание от Бога — молиться за тех, кто будет этого просить».

Молитвой и возложением рук святого Иоанна излечивались самые тяжелые болезни, когда медицина была бессильной. Исцелялись бесноватые, прозревали слепые, были засвидетельствованы слу­чаи воскрешения умерших. Так, у одной женщины, Елизаветы, во время беременности умер в утробе плод. Началось заражение крови, и сама она была уже при смерти. Врачи настаивали на необходимости срочной операции, но она не соглашалась на нее, а просила приехать отца Иоанна. Прибывший на дру­гой день Батюшка полчаса, при закрытых дверях, молился над умиравшей. Неожиданно он распахнул двери и громко сказал: «Господу Богу было угодно сотворить чудо и воскресить умерший плод. Лиза родит мальчика». После отъезда отца Иоанна вра­чи не могли поверить своим глазам: плод ожил, тем­пература стала нормальной. В ту же ночь Елизавета разрешилась здоровым мальчиком.

Исцеление больной отцом Иоанном Кронштадтским. Неизвестный художник. 1900 г.

Удивительны заочные исцеления по письмам и телеграммам, которые сотнями приходили в Крон­штадт. Однажды в городе Вознесенске Херсонской губернии восьмилетняя девочка умирала от дифте­рита. Она была из немецкой семьи, исповедующей лютеранство. По совету православных знакомых послали вечером телеграмму отцу Иоанну. Девочка, проснувшись утром, рассказала, что к ней прихо­дил некий священник, и описала его наружность. Вскоре она совершенно выздоровела. Когда ей показали портрет отца Иоанна, она воскликнула: «Вот этот самый приходил ко мне, подошел к моей кро­вати и сказал: «Будешь здорова!»». Сотни подобных случаев помощи Батюшки Иоанна опубликованы в посвященных ему книгах.

Духом Святым отец Иоанн прозревал то, что происходило за много сотен километров; ему часто было открыто прошлое, настоящее и будущее лю­дей, которых он видел впервые. Однажды, служа Литургию в церкви московского военного учреж­дения, отец Иоанн неожиданно подошел к одному офицеру и, не сказав ни слова, поцеловал его руку. Молодой офицер, и не помышлявший тогда о свя­щенстве, впоследствии стал святым подвижником, Оптинским старцем Варсонофием.

Подобно великим российским святым, преподобным Сергию Радонежскому и Серафиму Саровскому, Иоанн Кронштадтский удостаивался несколько раз посе­щений Самой Пресвятой Владычицы Богородицы, описанных им в своем дневнике.

Литургия в Андреевском соборе

Вся верующая Россия знала о великом и дивном чудотворце. Ежегодно Кронштадт посещало более 20 тысяч паломников, а позднее их число достиг­ло 80 тысяч. На одной первой неделе Великого поста собиралось до 10 тысяч человек. В 1883 году в газете «Новое время» появилось «Благодарственное заявле­ние», подписанное десятками людей. Оно гласило:

«Мы, нижеподписавшиеся, считаем своим нрав­ственным долгом засвидетельствовать искреннюю душевную благодарность протоиерею Андреевского собора в городе Кронштадте отцу Иоанну Ильичу Сергиеву за оказанное нам исцеление от многооб­разных и тяжких болезней, которыми мы страдали и от которых ранее не могла нас исцелить медицин­ская помощь, хотя некоторые из нас подолгу лежа­ли в больницах и лечились у докторов… Некоторые из нас чудесно исцелились и от немощей нравствен­ных, бесповоротно увлекавших их на путь поро­ка и погибели, и теперь, укрепленные столь явным знаком Божиего к ним милосердия, почувствовали силы оставить прежнюю греховную жизнь…

Считая особенно полезным для назидания мно­гих в наше маловерное время сообщить во всеобщее сведение о таком видимом проявлении неустанно пекущегося о греховном человечестве всеблагого Промысла Божия, признаем неуклонным долгом перед лицом всех заявить свою глубокую благодар­ность столь много помогшему преподобному отцу протоиерею, прося его и на будущее время не забы­вать нас, грешных. Вместе с тем, стараясь твердо памятовать сами, сообщаем и для других единствен­ный преподанный нам многодостойным пастырем-исцелителем при наших к нему обращениях высо­коврачующий спасительный совет жить по Божией правде и как можно чаще приступать ко Святому Причастию».

«Благодарственное заявление» было опубликова­но 20 декабря — ровно за четверть века до кончи­ны праведного пастыря, именно в тот день, кото­рый впоследствии стал днем памяти святого Иоанна Кронштадтского.

Надо только представить себе, как проходил день у отца Иоанна, чтобы понять и прочувствовать всю тяжесть и величие этого его подвига.  Обычно он поднимался очень рано, в 3 часа утра, он молился, готовился к служению Божественной литургии. Около 4 часов отправлялся в собор к утрене. Здесь его уже встречали толпы па­ломников, жаждавших получить от него благослове­ние. Тут же было и множество нищих, которым отец Иоанн раздавал милостыню. За утреней отец Иоанн непременно сам всегда читал канон, придавая этому чтению большое значение. Перед началом Литургии была исповедь. Из-за огромного количества желав­ших исповедоваться у отца Иоанна им была вве­дена, по необходимости, общая исповедь. На всех участников и очевидцев она производила потряса­ющее впечатление: многие каялись вслух, громко выкрикивая, не стыдясь и не стесняясь, свои грехи. Андреевский собор, вмещавший до 5000 человек, всегда бывал полон, и причащение из нескольких Чаш продолжалось нередко более двух часов.

Общая исповедь в Андреевском соборе. Картина, 1910-е гг.

По свидетельству очевидцев, сослуживших отцу Иоанну, совершение им Божественной литургии не поддается описанию. Оно представляло собой не­прерывный горячий молитвенный порыв к Богу. Во время службы он был воистину посредником меж­ду Богом и людьми, ходатаем за грехи их, был жи­вым звеном, соединявшим Церковь земную, за ко­торую он предстательствовал, и Церковь небесную. Все возгласы и молитвы произносились им так, как будто своими просветленными очами лицом к лицу видел он пред собой Господа и разговаривал с Ним. Слезы умиления лились из его глаз, но он не замечал их. Такое служение необычайно действовало на всех присутствующих. Не все шли к нему с твердой верой: некоторые с сомнением, другие с недоверием, тре­тьи из любопытства. Но здесь все перерождались и чувствовали, как лёд сомнения и неверия постепен­но таял и заменялся теплотою веры. Во время служ­бы письма и телеграммы приносились отцу Иоанну прямо в алтарь, и он тут же прочитывал их и молился о тех, кого просили помянуть.

После службы, сопровождаемый тысячами ве­рующих, отец Иоанн выходил из собора и отправ­лялся в Петербург по бесчисленным вызовам к больным. И редко когда возвращался домой ранее полуночи. Вероятно, многие ночи Батюшка совсем не имел времени спать. Однажды на слова одного петербургского протоиерея: «Вы так утомляе­тесь, батюшка, совсем не даете себе покоя», — отец Иоанн ответил: «На что мне покой, друг мой! Покой наш будет там (он указал на небо), если только за­служим его здесь. Да и может ли пастырь быть по­коен, когда еще не все овцы глас его слышат, а неко­торые и слышать не хотят, другие же стонут и сами умоляют о помощи. Пастырю ли покоиться, дре­мать, когда их погибель не дремлет». Так трудиться можно было, конечно, только благодаря сверхъесте­ственной благодатной помощи Божией. Подвиг отца Иоанна имел значение для всей России. Оставаясь по жизни монахом, он стал «белым» священником, чтобы, живя в миру, рядом со столицей, стать мис­сионером для тысяч маловерных. Примером своей «жизни во Христе» Кронштадтский пастырь зримо являл непреходящую Святую Русь.

Выход из собора

Несмотря на свою необыкновенную занятость, отец Иоанн находил время вести духовный днев­ник, записывая ежедневно свои мысли, приходив­шие ему во время молитвы и созерцания, во время «благодатного озарения души, которого удостаивал­ся он от всепросвещающего Духа Божия». Эти за­писи составили замечательную книгу, изданную под заглавием «Моя жизнь во Христе». Эта книга, пере­веденная на несколько языков, стоит в одном ряду с вдохновенными творениями подвижников веры и благочестия. Кроме того, вышло несколько то­мов проповедей отца Иоанна. Все его сочинения — свидетельство того, как жил великий праведник, и сокровищница духовного опыта для всех, желающих идти путем спасения в Православной Церкви.

Отец Иоанн часто путешествовал по различ­ным городам России и везде был желанным гостем. Тысячи людей встречали его, желая получить его благословение, помолиться вместе с ним. Слава его была поистине всенародна: портреты и фотогра­фии Кронштадтского пастыря можно было встре­тить в крестьянских избах в самых отдаленных краях России. Отец Иоанн был устроителем и благотвори­телем множества храмов, монастырей и монастыр­ских подворий. Каждый год летом отец Иоанн по­сещал свою родину — Суру. Заботясь о родном крае, он основал здесь женскую обитель во имя святого апостола Иоанна Богослова, воздвиг в Суре благо­лепный каменный приходской храм во имя святи­теля Николая Чудотворца, построил здание для цер­ковноприходской школы и многое другое.

Путешествие о. Иоанна по Волге

Отец Иоанн присутствовал при последних днях и кончине Государя Императора Александра III в Ливадийском дворце в Крыму. Умирая, по принятии Святых Таин и Таинства Елеосвящения, Государь просил отца Иоанна положить ему на голову руки, сказав: «Когда вы держите руки свои на моей голо­ве, я чувствую большое облегчение, а когда отнимаете, очень страдаю — не отнимайте их». Так отец Иоанн продолжал держать руки на главе умирающе­го Императора, пока тот не предал душу Богу.

В то же время отцу Иоанну приходилось терпеть множество клевет и прямых оскорблений, которы­ми его осыпала либеральная пресса. Кронштадтский проповедник неустанно обличал богоотступничес­кие, антинациональные течения, которые подрыва­ли веру русского народа и расшатывали государство. Вели­кий молитвенник и печальник Русской земли, отец Иоанн провидел страшные последствия разъедаю­щей русское общество крамолы безверия и богобор­чества, призывая народ к покаянию: «Держись же, Россия, твердо веры своей и Церкви, и Царя право­славного, если хочешь быть непоколебимою людьми неверия и безначалия, и не хочешь лишиться цар­ства и Царя православного. А если отпадешь от сво­ей веры, как уже отпали от нее многие интеллиген­ты, — то не будешь уже Россией или Русью Святою, а сбродом всяких иноверцев, стремящихся истре­бить друг друга… И если не будет покаяния у русско­го народа, — конец близок. Бог отнимет у него благочестивого Царя и пошлет бич в лице нечестивых, жестоких, самозванных правителей, которые зальют всю землю кровью и слезами».

Любовь к родной земле, стоящей на грани вели­ких потрясений, запечатлена в молитвенных возды­ханиях отца Иоанна: «Бедное Отечество, когда-то ты будешь благоденствовать?! Только тогда, когда будешь держаться всем сердцем Бога, Церкви, любви к Царю и Отечеству и чистоты нравов».

К тяжелому подвигу служения людям в последние годы жизни о. Иоанна присоединился мучительный личный недуг– болезнь, которую он кротко и терпеливо переносил, никому никогда не жалуясь. Решительно отверг он предписания знаменитых врачей, пользовавших его, – поддерживать свои силы скоромной пищей. Вот его слова: «Благодарю Господа моего за ниспосланные мне страдания для предочищения моей грешной души. Оживляет – Святое Причастие». И он приобщался по-прежнему каждый день. «Сила моя физическая истощилась, — писал он в своем дневнике, — зато дух мой бодр и горит к возлюбленному моему Жениху, Господу Иисусу Христу… Что воздам Тебе, Господи, яко Ты даровал мне милость родиться и воспитаться в Православной вере и Церкви и в дорогом неоцененном Отечестве, России, в которой издревле насаждена Православная Церковь. Благодарю и славлю Тебя, как могу, по бла­годати Твоей!»

9 декабря 1908 года отец Иоанн отслужил послед­нюю Литургию в Андреевском соборе. Ежедневно к нему приходил священник и причащал его. Отец Иоанн находил великое утешение в соединении с Господом. Он уже перестал принимать пищу, только пил понемногу святую воду, привезенную из источ­ника преподобного Серафима Саровского.

Угоднику Божию был открыт день его кончи­ны. Когда вечером 17 декабря приехала матуш­ка Ангелина, игумения основанного им Иоанновского монастыря в Петербурге, он спросил: «Какое число сегодня?» — «Семнадцатое», — от­ветила она. «Значит, еще три дня», — сказал отец Иоанн, как будто про себя.

Ранним утром 20 декабря он послед­ний раз причастился. Дыхание его станови­лось все тише и тише. Отец Иоанн Орнатский начал читать канон на исход души. Когда он окончил, отец Иоанн лежал неподвижно, ру­ки были сложены на груди… Так, мирно и безмятеж­но, великий пастырь предал свой дух Богу.

Большой колокол Андреевского собора оповестил кронштадтских жителей о великой утрате. На дру­гой день в квартире усопшего совершили панихи­ду, после чего тело отца Иоанна под печальный звон колоколов всех городских церквей перенесли в ка­федральный собор. В течение целого дня и ночи на­род непрерывно шел прощаться с любимым пасты­рем. Затем гроб с телом отца Иоанна был перенесен из Кронштадта в Петербург, в Иоанновский мона­стырь. Епископ Архангельский Михей с сорока свя­щенниками и диаконами отслужили парастас, а за­тем петербургские жители целую ночь прощались со своим молитвенником. Утром 23 декабря митропо­лит Петербургский Антоний отслужил Литургию, в конце которой известный проповедник и будущий новомученик протоиерей Философ Орнатский про­изнес проникновенное слово. После умилительного отпевания, в котором приняли участие около 60 свя­щенников и 20 диаконов, и трогательного последне­го прощания гроб с телом почившего праведника был торжественно погребен в небольшом подзем­ном храме-усыпальнице, освященном во имя про­рока Илии и царицы Феодоры — небесных покро­вителей родителей отца Иоанна.

Над местом погребения было сооружено мрамор­ное надгробие, на нем лежало Святое Евангелие и резная митра, под которой горел неугасимый светильник. Святейший Синод постановил ежегодно в день кончины отца Иоанна, 20 декабря, совершать во всех храмах Литургии и панихиды.

Храм-усыпальница св. прав. Иоанна Кронштадтского. 1909 г.

Чудеса и духовная помощь на месте упокоения отца Иоанна не прекращались  после его кончины. В монастырь на Карповку стекались тысячи паломников, чтобы помолиться, попросить помощи или воздать благодарение отца Иоанну, который осознавался церковным народом как святой, праведник и чудотворец. Даже в годы гонений на Церковь верующие приходили к стенам закрытой обители и молились своему заступнику.

На Поместном Соборе Русской Православной Церкви 7-8 июня 1990 года св. прав. Иоанн Кронштадтский был причислен к лику святых Русской Православной Церкви. Память его установлено совершать 20 декабря / 2 января – в день блаженной кончины святого праведника.

Прославление св. прав. Иоанна Кронштадтского. 14 июня 1990 г.

 

Вверх ↑

https://www.imonspb.ru

Адрес монастыря
197136 Санкт-Петербург, наб. реки Карповки, 45
Проезд: ст. метро "Петроградская"
Телефон: +7-812-234-24-27, 234-60-95, 234-28-65
Подробнее →

Адрес подворья
188653 Ленинградская обл., Всеволожский р-н, п.Вартемяги, Токсовское шоссе, 5.
Проезд от станции метро «проспект Просвещения».
Подробнее →